Ник. Горькавый
"Астровитянка"
 

 

   - Возле Космического холла паркет-шутник вечно притворяется ночной поверхностью глубокого озера. Очень натурально - даже световые блики на волне безупречны. Конечно, все быстро привыкли к весёлому полу. Ну мы с Джорджем решили поддержать шутку, притащили прозрачные барьерчики, быстренько приклеили к полу... Народ вываливается с лекции и смело шагает в волны - и оказывается в настоящей воде! Визгу! Воды было два дюйма, но Бим-Олень с испугу упал на живот и решил спасаться вплавь...

   Эта идея ей не нравилась, но так требовал инстинкт самосохранения. Это полное вранье, что бессмертные не думают о смерти. Еще как думают, поскольку способны потерять гораздо больше чем обыкновенные люди - вечную жизнь.

   Почему-то принято считать, что когда человек начинает во всеуслышание обращаться к себе, любимому, его душевное здоровье находится в большой опасности. Не знаю, как это бывает у всех остальных представителей человечества, но в моем случае все обстоит как раз наоборот: самые разумные и практичные советы я даю себе именно вслух, а вот когда я умолкаю, от меня можно ожидать чего угодно, только не наглядных доказательств моей вменяемости... Как бы то ни было, а моя идея касательно "пожрать" была чудо как хороша! Я внимательно огляделся. Картина показалась мне не слишком обнадеживающей: наглухо закрытые металлическими ставнями окна первых этажей окружавших меня домов представляли собой весьма безрадостное зрелище. Никаких вывесок я тоже не обнаружил. Я укоризненно посмотрел на небо над своей головой - оно могло бы быть великодушнее к усталому путнику! - несколько мгновений мучительно решал, в каком конце улицы меня ждет вожделенная тарелка с едой, потом свернул налево, повинуясь какому-то безотчетному порыву, как всегда в таких случаях, и отправился навстречу своей судьбе. Впрочем, я только что брякнул жуткую глупость: мы всегда идем исключительно навстречу своей судьбе, даже когда направляемся в уборную, на ходу расстегивая брюки, поскольку между двумя любыми точками, расположенными на плоскости, можно провести одну, и только одну прямую - господи, какие все-таки жуткие вещи можно вычитать в обыкновенном учебнике геометрии, какой уж там Стивен Кинг!

   - Ну дела... - растерянно протянул я. - И что?.. - Я захлебнулся собственным вопросом, поскольку не знал, как его сформулировать.
   - А Магистры его знают, - легкомысленно отмахнулся Джуффин. - А чего ты хочешь, сэр Макс? Я не раз присутствовал при эпохальных исторических событиях. Можешь поверить моему опыту: непосредственный участник обычно не ощущает ничего, кроме растерянности и смятения. Только потом, задним числом, можно понять, что, собственно, случилось... и засесть за мемуары.

   ... Моя школьная учительница математики, которая почему-то вбила себе в голову, что я очень способный, но ленивый, и возилась со мной после уроков, пытаясь заинтриговать таблицей простых чисел, а однажды мы с ней вместе соорудили ленту Мёбиуса, которая чуть не свела меня с ума, когда я понял, ЧТО это такое.